Художник Юрий Платонов, (Гомель)

Вторая часть зимнего Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris также представляет нашим читателям четырех живописцев. Самый молодой из них – Евгений Ячный (Санкт-Петербург) только начинает карьеру профессионального художника. Все остальные художники – хорошо известные в мире изобразительного искусства мастера большого творческого масштаба и жанрового диапазона: московский художник-монументалист Елена Тупикина, живописцы – Юрий Платонов (Гомель) и Владимир Шичков (Пучеж).

.
*  *  *
Симфонизм в современной живописи – явление достаточно редкое. Большинство художников довольствуются созданием живописной мелодии и не пытаются развить удачную цветовую тему до масштаба живописной симфонии. Решение такого рода задач требует и особого склада таланта и огромного труда. Добавим сюда и высокий уровень художественной культуры – качество, по нынешним временам, совсем уже экзотическое. Тем не менее, интерес к этой форме колористических построений не угасал никогда. Симфоническое понимание цветовой гармонии отчетливо прослеживается и во многих работах художника Юрия Платонова. Сюжеты Платонова вполне традиционны, гораздо менее традиционна их цветовая конструкция. На этом их качестве давайте остановимся подробнее.

Со времен импрессионистов, основной пейзажной формой в живописи принято считать пейзаж-состояние. Такой пейзаж привычен для глаза прежде всего своим совпадением с визуальным опытом зрителя. То, что в результате изображается не столько природа, сколько погода, никого особенно не смущает. Мы и в реальном мире видим природу только в сочетании с определенной погодой. В этой стройной и логичной пейзажной концепции есть только одно слабое звено – в ней нет места человеку. Человек плохо встраивается в естественный ряд природных объектов. Более того, там где появился человек, все вокруг становится средой его обитания. Эта среда – также пейзаж, но не пейзаж-состояние, а пейзаж-событие.

Пейзаж художника Юрия Платоновя – это место в котором человек соприкасается с окружающей его реальностью. Состояние здесь также играет первостепенную роль, но состояние не природы, а человека. Запись человеческого состояния или, точнее говоря, состояния человеческой души – задача традиционная для музыкального произведения. Решать подобные задачи в живописи непросто, необходимо создать иной изобразительный ряд – в большей степени чувственный, чем визуальный. Изобразительный строй, доминантой которого является цвет. Цветовая гармония в подобных построениях становится функциональной основой произведения. Колорит может терять свою визуальную реальность, приобретая при этом почти музыкальные качества – насыщенную сложность звучания, эмоциональность и психологизм.

“Костёл Св. Тадэуша д. Лучай“ – произведение во многих отношениях примечательное. Колоссальное цветовое напряжение достигается без видимой форсированности каждого отдельного цвета. Великолепна гармония тонального и колористического строя. Цветовые акценты темпераментны, неожиданны и точны. Цельность, собранность всего изобразительного ряда, его “сфокусированность“ – свидетельство ясного понимания художником смысла той работы, ради которой он подошел к холсту.

Наброски, эскизы живописных симфоний видны во многих композициях Юрия Платонова. (Слово “набросок“ не должно вводить в заблуждение. Набросок в музыке – это полуфабрикат, но в изобразительном искусстве – законченное, самостоятельное произведение). Очень интересны пейзажи формально посвященные именно анализу состояния природы – “Балаклава.Утро“, “Восход луны над Таурасом“ – пограничному её состоянию. Быстротечность момента-события (например: восход луны) диктует не только выбор формы – набросок, но и выбор темы – психологическая реакция на это событие. Впечатление – это основа импрессионизма как художественного течения, со временем засоренного материалистическим его пониманием. Вернуться к его истоку – задача заманчивая, но такого рода возвращение имеет смысл только на иной колористической платформе. Живописный симфонизм Юрия Платонова выглядит достаточно надежной основой для решения подобной задачи.  ©

by Russian Art & Paris

.

.

.

.

Advertisements

Художник Владимир Шичков, (Пучеж)

Вторая часть зимнего Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris также представляет нашим читателям четырех живописцев. Самый молодой из них – Евгений Ячный (Санкт-Петербург) только начинает карьеру профессионального художника. Все остальные художники – хорошо известные в мире изобразительного искусства мастера большого творческого масштаба и жанрового диапазона: московский художник-монументалист Елена Тупикина, живописцы – Юрий Платонов (Гомель) и Владимир Шичков (Пучеж).

.

*   *   *
Размышляя об эстетике живописца Владимира Шичкова, замечая с какой точностью сложены цветовые аккорды его произведений, термин “поэтика“ невольно приходит в голову. Понятия, которыми оперирует теория поэзии кажутся вполне адекватным для анализа живописных композиций этого мастера.  Рифма – размеренность, ритм созвучий.  К творчеству Владимира Шичкова это определение имеет самое непосредственное отношение. Цветовая рифма лежит в основе его удивительной и необыкновенно притягательной живописи.

Давайте посмотрим на маленькое живописное чудо – “Бабье лето“. Или на не менее очаровательные – “Блик“ и “Утро“. Что особенного в этих, на первый взгляд, вполне обыденных по сюжету композициях? Новаторский характер живописи? Да, конечно. Великолепный колорит? Безусловно. Но кроме этих, чисто художественных аспектов, есть еще одно измерение, абсолютно гуманитарное – человечность. Всматриваясь в колорит произведений Владимира Шичкова, вслушиваясь в монолог его живописи, вывод приходится сделать довольно неожиданный. Эти яркие, сочные и, внешне, такие броские картины ведут свой разговор со зрителем на удивление спокойным и теплым голосом. Что придает им такое звучание? В первую очередь – ритм, движение главных цветовых созвучий в плоскости изобразительного поля. В пейзаже “Бабье лето“ это видно особенно отчетливо. Ритм основных цветовых масс с идеальной точностью выстраивает тему произведения – теплый покой ясного осеннего дня.

Гораздо более сложный по своей композиционной и ритмической конструкции пейзаж “Побережье“, с высокой степенью цветового напряжения и сильными контрастами, сохраняет, тем не менее, ощущение уюта человеческого присутствия. Размер в нем устанавливает масса синего цвета, пронизывающая всю композицию, “успокаивающая“ дробный, звенящий ритм световых акцентов. Размер, образно говоря, регулирует тембр живописного голоса – в чем-то спокойного, в чем-то эмоционального, но нигде не сбивающегося на крик.

Тонкая сюжетность фигуративных композиций Владимира Шичкова (“Париж“, “Премьера“, “Ноктюрн“, “Жизель“) присутствующая несмотря на излюбленный художником максимально крупный план – качество примечательное. Крупный план, вынос фигуры к обрезу картины, значительно осложняет сюжетные возможности живописного произведения. Из активных инструментов, в распоряжении художника остается, пожалуй, только жест. Жест, понимаемый как смысловое движение всего человеческого тела. Может ли жест стать сюжетом произведения? Композиция “Париж“ отвечает на этот вопрос достаточно наглядно.

Язык живописи Владимира Шичкова – явление глубоко оригинальное. Этот язык не всегда прост для понимания, но выразительность этого языка, его художественные достоинства и его возможности очевидны. Не менее интересны и вопросы, которые при этом возникают. Один из них, может быть наиболее принципиальный, касается взаимоотношений плоскости холста и трехмерного характера изображения на этой плоскости. В том языке, который разрабатывает мастер, “конфликт интересов“ двух этих базовых категорий выглядит как-будто неизбежным. Сохраняется ли плоскость холста или выстраивается пространство? Или, все-таки, возможен компромисс? Художник Владимир Шичков активно работает и ответ, наверное, не заставит себя ждать слишком долго.  ©

by Russian Art & Paris

.

.

.

.

Художник Елена Тупикина, (Москва)

Вторая часть зимнего Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris также представляет нашим читателям четырех живописцев. Самый молодой из них – Евгений Ячный (Санкт-Петербург) только начинает карьеру профессионального художника. Все остальные художники – хорошо известные в мире изобразительного искусства мастера большого творческого масштаба и жанрового диапазона: московский художник-монументалист Елена Тупикина, живописцы – Юрий Платонов (Гомель) и Владимир Шичков (Пучеж).
.
*   *   *
Понятие – “современный художник”, представленное в развернутом виде займет, вероятно, несколько страниц текста, с многочисленными оговорками, примечаниями и ссылками на авторитетные источники. И при этом, почти наверняка, останется достаточно туманным. Может быть не стоит и пытаться искать определение этому словосочетанию, издевательски отвергающему формальную логику? Ах, если бы… Если бы проблема современности, и производная от нее – современный художник, не стояла в изобразительном искусстве так остро! Все дело в том, что зрителю не интересен художник, не знающий того мира, в котором живет он, зритель. Событийное пространство – наша жизнь, распознается (или не распознается) зрителем, в творчестве любого художника, на интуитивном уровне. Обмануть его невозможно, – несовременных зрителей не бывает.

Мир, в котором живет и работает художник Елена Тупикина хорошо известен зрителю. Он огромен. Там, где заканчивается его реальное бытие, начинается бытие виртуальное и современный человек без труда перемещается из одного в другое. Огромность нашего мира мы ощущали и раньше, но с появлением интернета, к этому добавилось и нечто новое – распахнутость этого мира, его раскрытость для каждого из нас. Мы перестали чувствовать себе песчинкой в необъятном пространстве. Это пространство мы освоили – оно стало частью нашей жизни, нашим общим домом. Вы уже смотрите портрет “Саша“? Давайте посмотрим вместе. Это очень интересный портрет. Это портрет нашего современника. Такого детского портрета в изобразительном искусстве еще не было.

Композиционное пространство произведений Елены Тупикиной расходится далеко за пределы картинной плоскости. Художник только акцентирует наше внимание на небольшом фрагменте большой, оставшийся “за кадром“ картины. Присутствие окружающего мира в каждой композиции Елены Тупикиной осязаемо и не случайно. Причина, прежде всего, в том, что художник этот мир видит. Видит ясно, отчетливо и цельно. Именно ясное видение лежит в основе осмысления темы и сюжета. Может быть отсюда и необычная, почти античная отстраненность создаваемых образов от самого художника. Такая отстраненность всегда говорит о присутствии художественной идеи, а не импульсивного отражения увиденного.

Аура пространственного масштаба живописи Елены Тупикиной не единственное, разумеется, качество определяющее ее творчество. Нацеленный, порой, по-мужски аскетичный колорит; точный баланс живописного и графического компонентов композиции; глубоко продуманная конструкция тонального ряда – свидетельство не только таланта и мастерства, но и подлинной культуры, присущей большому мастеру. Мастеру, добавим к этому, и удивительно современному. ©

by Russian Art & Paris

.

.

.

.

Художник Евгений Ячный, (Санкт-Петербург)

Вторая часть зимнего Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris также представляет нашим читателям четырех живописцев. Самый молодой из них – Евгений Ячный (Санкт-Петербург) только начинает карьеру профессионального художника. Все остальные художники – хорошо известные в мире изобразительного искусства мастера большого творческого масштаба и жанрового диапазона:  московский художник-монументалист Елена Тупикина, живописцы – Юрий Платонов (Гомель) и Владимир Шичков (Пучеж).

.

*  *  *
Современные писатели активно обсуждают, что ждет романную форму литературы в ближайшем будущем. Можно позавидовать! Художники о жанровой форме живописи не спорят. Спорить уже не о чем. Жанровая картина в залах современных галерей и салонов практически отсутствует. Повторять разговоры о том, что “жанр“ устарел не имеет смысла. Жанр устареет не раньше, чем устареет жизнь. Проблема не в аргументах этой дискуссии. Проблема в художниках. Если человек “не видит“, что окружающий его мир заполнен живыми людьми, вполне естественно возникает вопрос, – а что он вообще видит? И почему называет себя художником? Картина “Семья“, художника Евгения Ячного. Открытое пространство. Мужчина и женщина. Диалог силуэтов, диалог жестов, диалог костюмов. Озеро и облака. Обыкновенная жизнь обыкновенных людей, но, если ты художник, не было и не будет в нашем мире более интересного сюжета, чем этот – мужчина и женщина… озеро и облака.

Имя Евгения Ячного не слишком известно в мире изобразительного искусства. Молодой петербургский живописец – первые картины, первые выставки, первые зрители. Творчество Евгения Ячного примечательно тем, что в его произведениях просматривается художник жанрового характера. Речь идет не только о, непосредственно, жанровых композициях, но и о работах в области пейзажа.  “Старый дом“, “Ночная сказка“, “Тишина“ – пейзажные композиции с заметными чертами жанрового подхода к пейзажному сюжету. “Двенадцать апостолов“ – пейзаж-монолог. “Изумрудная ночь“ – пейзаж-размышление. Может быть только “Синие тени“ – работу, очень интересную в живописном отношении, можно действительно назвать пейзажем в традиционном значении этого слова. Привлекает отношение художника к внешнему миру, как к одухотворенной живой материи. Сохранится ли это качество в будущем предсказать невозможно, но сейчас оно есть.“Поплавок“ – отличная, современно звучащая жанровая картина. Жанровая – по теме, сюжету и композиционному решению. Выразительный силуэт подростка, выразительный ритм открытого пейзажного пространства. И, может быть, самое главное – открытый взгляд художника на окружающий мир, осознание того, что этот мир существует.

Потеря связи художника с реальным миром живых людей – болевая точка нашего времени. Отсутствие интереса к этому миру, практически гарантирует потерю интереса зрителей к творчеству художника. Людям живущим в разных мирах понять друг друга очень непросто. Сложность существования художника в современной цивилизации ничего не объясняет и никого не оправдывает. Это ремесло никогда не было простым. Все, что будет происходить в будущем, в творчестве Евгения Ячного – будет происходить на наших глазах. Давайте зафиксируем то, что есть сегодня – талант, желание увидеть и понять мир, желание работать. Для того чтобы начать – вполне достаточно.  ©

by Russian Art & Paris

.

.

.

.

Художник Петр Чеканцев, (Москва)

В зимнем Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris, которое будет публиковаться в двух частях – 1-го и 15-го Февраля, мы представляем нашим читателям ряд современных художников, чье творчество заслуживает самого серьезного внимания. В первой части Арт Шоу представлены четыре живописца: 
Петр Чеканцев, доцент кафедры живописи Московского Педагогического Университета, художник большого масштаба и творческого диапазона. Анатолий Лукаш, петербургский живописец, один из самых интересных мастеров современного пейзажного жанра. Владимир Парошин, известный и популярный московский художник, чье творчество сосредоточено в тематике городского пейзажа. Александр Павловец, великолепный днепропетровский живописец, успешно работающий в широком жанровом диапазоне. Все эти художники – зрелые мастера, находящиеся сегодня на вершине своей творческой и профессиональной карьеры. 
.
.
*  *  *

Творчество художника Петра Чеканцева, многоплановое и многополюсное, захватывающее зрителя драматизмом ощущений и темпераментом характеристик, удивительно откровенно. Это при том, что откровенность в искусстве –  качество рискованное. Нечто объективно значимое, обладающее ценностью для зрителя необходимо создать в пространстве холста. Новый смысл, новое миропонимание, новые эмоции должны быть раскрыты зрителю и поняты им. Понимать живопись ничуть не проще, чем ее создавать. Постижение живописи, это движение по той дороге, по которой художник уже идет навстречу к тебе. Откровенность подразумевает, что большую часть этого пути художник взял на себя.

Отличительной особенностью творчества Петра Чеканцева является поразительное чувство времени. Время – наши дни – в произведениях художника реально и осязаемо. Это действительно наши дни и их узнаваемость зрителем – свидетельство не только подлинности и точности наблюдений, но и точности ощущений. Художник видит мир детально и подробно, позволяя своему темпераменту прорываться в колористических и тональных построениях, но бережно сохраняя достоверность человеческого бытия.

Камертон человеческого присутствия отчетливо звучит во многих композициях П.Чеканцева. Давайте остановимся на небольшом по размеру пейзаже “Тихая осень“. По первому впечатлению, человеческая фигура в нижней части композиции не более чем антураж – небольшая деталь цель которой, слегка оживить красивый осенный пейзаж. Анализ тонального ряда, тем не менее, говорит о другом. Тональные акценты “ведут“ взгляд зрителя по кругу вдоль берега, замыкаясь на женском силуэте. Это смысловой и сюжетный центр композиции. Пейзаж начинает приобретать портретные харарктеристики – запись состояния человеческой души, сложного ее состояния. Здесь все диссонанс – мягкий колорит дальнего берега и взрывные ритмы переднего плана, светлое осеннее небо и черная глубина озера. Это та реальность, в которую веришь.

Композиционные построения “с окном“ традиционно сложны для живописи. Хорошо известны проблемы, с которыми сталкивается художник в подобных композициях. Хорошо известны и возможные варианты решений. В композиции “Идут дожди“ естественный тип освещения – “контражур“ доведен до своего максимума. Живопись приближается к графике, тем самым лишая художника возможности работать с главным своим компонентом – цветом. Максимально сжатое пространство подтверждает осознанный аскетизм художественного решения этого сюжета. Идут дожди, то состояние, когда в мире нет ничего кроме дождя. Нет пространства, нет цвета, только серый холодный свет из окна. Маленький и такой обыденный сюжет вырастает до масштаба большой темы – “Друг! Дожди за моим окном, Беды и блажи нá сердце…“ (М.Цветаева).

Трудно выделить жанр, который можно было бы назвать основным в творчестве Петра Чеканцева. Работая в широком диапазоне тем, художник интересен и нетривиален в выборе сюжетов, если такой выбор действительно имеет место. Глядя на многие работы, возникает ощущение, что это сюжет выбрал для себя художника Петра Чеканцева.  ©

by Russian Art & Paris

.

.

.

.

.

Художник Анатолий Лукаш, (Санкт-Петербург)

В зимнем Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris, которое будет публиковаться в двух частях – 1-го и 15-го Февраля, мы представляем нашим читателям ряд современных художников, чье творчество заслуживает самого серьезного внимания. В первой части Арт Шоу представлены четыре живописца: 
Петр Чеканцев, доцент кафедры живописи Московского Педагогического Университета, художник большого масштаба и творческого диапазона. Анатолий Лукаш, петербургский живописец, один из самых интересных мастеров современного пейзажного жанра. Владимир Парошин, известный и популярный московский художник, чье творчество сосредоточено в тематике городского пейзажа. Александр Павловец, великолепный днепропетровский живописец, успешно работающий в широком жанровом диапазоне. Все эти художники – зрелые мастера, находящиеся сегодня на вершине своей творческой и профессиональной карьеры.
.
.
*  *  *
В русской живописи совсем немного художников, чье творчество наполнено радостными интонациями. Еще меньше таких художников в жанре русского пейзажа, где отчетливо преобладает минорное звучание. В чем тут дело? В характере российской природы или в самонастроенности художника на одну и ту же гамму эмоций, на одну и ту же ноту? На этом традиционном фоне живопись Анатолия Лукаша – редкое и счастливое исключение. Широкий эмоциональный диапазон – от грустной элегии до жизнерадостного юмора, и все это в пленэрных композициях. Такое, согласитесь, встречается не часто. Пленэр предъявляет к художнику особые требования, в том числе и требования психологические. Эмпирический склад характера, уверенность в точности собственных ощущений – обязательные условия. В природе пленэра и этюдная стилистика холста, та импровизационная легкость, естественность изображения, которая так высоко ценится в искусстве. (Перед глазами встает длинный ряд художников, чьe творчество целиком построено на “сделанности“. Но стоит мысленно убрать эту сделанность и от произведений не остаётся ничего.)
•  Небольшой пейзаж, с непривычным для живописного произведения названием – “Лето – это маленькая жизнь“ (реминисценция песни Олега Митяева). В этом названии – легкая ирония южанина, хорошо знающего сезонный ритм жизни приморских городов. Их праздничная карнавальность мимолетна, большую часть года они безлюдны и пусты, но для тех, кто сейчас сидит на веранде, лето – это действительно целая жизнь. Импрессионизм этой живописной зарисовки очевиден, но не менее очевиден и её психологизм, – та комбинация качеств, которая превращает этюд с натуры в произведение искусства. Да, каждый художник видит мир по своему и с этим никто не спорит, но для настоящего искусства одного только индивидуального “видения“ недостаточно, нужно еще понимать на что смотреть. Сюжет в живописи это категория достаточно нейтральная – он может быть любым. Художники предпочитают более определенный термин – мотив, это, oбразно говоря, живописная мелодия возникающая из цвета, ритма, освещения, собственных эмоций и еще бог знает из чего. Придумать эту живописную мелодию невозможно, ее можно только увидеть и услышать. И попытаться выстроить на холсте. В пейзажной композиции “Лето – это маленькая жизнь“ художника Анатолия Лукаша, все это получилось.
•  Просматривая произведения художника, отмечая общие для них качества – светоносность, композиционную свежесть, легкость исполнения, следует обратить внимание на одну интересную деталь. Анатолий Лукаш использует слово “этюд“ в названиях многих произведений, которые по своим формальным признакам – размерам, сложности композиции, детализации, никак не относятся к этюдам, в классическом значении этого слова. Более того, все работы с таким названием можно отнести к числу самых удачных его произведений. Видимо, слово этюд, в этом случае, следует понимать как самостоятельную форму произведения с одной, ярко выраженной, интонацией. Эта особенность этюда – сконцентрированность на главном, всегда привлекала художников, но прямой конкуренции между картинной и этюдной формой до сих пор не возникало. Немногие рисковали использовать этюдную форму за пределами небольших, традиционных для этюда, размеров. Дальнейшее развитие этой живописной формы в работах А. Лукаша вызывает безусловный и очень серьезный интерес.
•  Одухотворенность и лиризм пейзажей Анатолия Лукаша, почти музыкальное их звучание – это наиболее заметные и, вероятно, основные черты его творчества. Подробный разговор об этом на страницах нашего журнала еще впереди.  ©
.
by Russian Art & Paris
.
.
.
.
.
.

Художник Владимир Парошин, (Москва)

В зимнем Арт Шоу ’13 журнала Russian Art & Paris, которое будет публиковаться в двух частях – 1-го и 15-го Февраля, мы представляем нашим читателям ряд современных художников, чье творчество заслуживает самого серьезного внимания. В первой части Арт Шоу представлены четыре живописца: 
Петр Чеканцев, доцент кафедры живописи Московского Педагогического Университета, художник большого масштаба и творческого диапазона. Анатолий Лукаш, петербургский живописец, один из самых интересных мастеров современного пейзажного жанра. Владимир Парошин, известный и популярный московский художник, чье творчество сосредоточено в тематике городского пейзажа. Александр Павловец, великолепный днепропетровский живописец, успешно работающий в широком жанровом диапазоне. Все эти художники – зрелые мастера, находящиеся сегодня на вершине своей творческой и профессиональной карьеры.
.
.
*  *  *
Достаточно взглянуть на названия картин художника Владимира Парошина, чтобы стало понятно, – перед нами художник московский. Московский не только живописью, нo, прежде всего, своими персональными качествами, удивительно созвучными и атмосфере старой Москвы, и московскому пейзажу. Преданность этому городу, любовь к нему сформировали (на радость ли? на беду?) творческую диалектику художника. Сложную, порой противоречивую, – à la paroshin – диалектику взаимосвязи реального сюжетного пространства и ирреальной, метафизической живописи. В этой диалектике, так же как в античной трагедии, гибель главного героя неизбежна. Может быть, отсюда внутренний драматизм и сценичность многих тихих и уютных, на первый взгляд, сюжетов Владимира Парошина.
•  В России, так уж повелось со времен Николая Гоголя, проходные дворы интересовали художников больше, чем парадные подъезды. Жизнь маленького человека, человека с улицы, сама эта улица – основные сюжеты русской живописи девятнадцатого века. Интерес к этим сюжетам не исчез, исчезла питавшая их среда. То пространство совместного проживания, в котором переплетались и судьбы людей, и судьбы вещей, а дерево за окном было частью биографии. В традициях русского реализма и любовь к героям того сюжета, который позвал художника к холсту. Связь с этими традициями в творчестве Владимира Парошина очевидна. В этих же традициях художник выстраивает и взаимоотношения своих произведений со зрителем: живопись максимально раскрыта для сопереживания. При этом традиции в творчестве Владимира Парошина просматриваются именно как традиции. Прямых предшественников в русской живописи у него нет.
•  Основной композиционный инструмент художника – крупный план. Ограниченность пространства создает визуальный эффект зеркала сцены, – замкнутого, изолированного от внешнего мира действия, раскрытого только в сторону зрителя. Это многократно усиливает эмоциональный импульс, заложенный автором в создаваемый образ. Акцентированность эмоционального компонента произведения – характерная особенность творчества Владимира Парошина – накладывает свой отпечаток и на стилистику его произведений. Аскетизм художественных средств, лаконичный, почти графический пластический язык – основные слагаемые индивидуального стиля художника. Мистическая карусель деревьев и домов вокруг пустой колоннады ротонды (“Ротонда“), качнувшийся темный горизонт в “Прелюдии“, ожившее сновидение в композиции “Край“ – демонстрируют диапазон художественных возможностей авторской стилистики Владимира Парошина.
•  Эстетика любого художника по определению вторична – это результат его мировозрения, его культуры, даже его характера. Она слагается из многих, порой незначительных деталей. Но в целом эстетика художника – это его автопортрет. Может быть, не всегда слишком ясный, но всегда бескомпромиссно честный.  ©
.
by Russian Art & Paris
.
.
.
.
.
.
Advertisements